Культурный код XXI: объединяя меценатство и инвестиции
Новые культурные пространства иногда — подарок меценатов своему городу, иногда — сугубо инвестиционный проект, иногда даже то и другое сразу. В любом случае итог — появление новой точки притяжения на культурной, социальной, туристической городской карте
В 2028 году в Казани начнет работу новое культурное пространство — Дворец изящных искусств ASG. Хотя просто «пространством» называть этот масштабный проект, наверное, не стоит: речь идет о появлении принципиально нового для города многофункционального культурного кластера, который в прессе уже окрестили «казанским Лувром». По мнению его создателей — компании ASG, он способен изменить культурный ландшафт не только самой Казани, но и всего Татарстана, а возможно, даже всей России.
Несколько факторов заставляют пристально вглядываться в этот проект, расположенный сразу в пяти зданиях (самым старым из которых более трех веков), еще в XIX столетии сшитых воедино. Во-первых, масштаб архитектурно-реставрационных работ: долгие годы здесь размещались различные общественные институты, в том числе больница, и, по определению главного архитектора проекта Альбины Каримовой, к началу XXI века «пациент был скорее мертв, чем жив». Проще говоря — являл собой наполовину руины со следами варварского архитектурного вмешательства прошлых хозяев.
Восстановление знаменитого красного фасада с фигурой Зиланта (это мифическое существо является символом Казани); кардинальное переосмысление практически каждого из 10 тысяч квадратных метров внутреннего пространства; кропотливый, в ручном режиме подбор интерьерных деталей для будущих 36 парадных выставочных залов (22 из которых именные и посвящены династиям коллекционеров прошлого, связанным с Казанской губернией, — Юсуповым, Строгановым, Шереметевым, Горчаковым, Мусиным-Пушкиным); обсуждение наполнения пространства третьего этажа, где должны разместиться инсталляции, трансформируемые лектории, электронная экспозиция всего собрания ASG, «оживающие» в цифре картины — настоящая мультимедийная вселенная…
План декора интерьера Дворца изящных искусств ASG в Казани. Фото: пресс-служба компании ASG
По сути, происходит новое рождение памятника истории, но уже с современным культурным кодом и технологической начинкой, и с 2012 года, когда только начались работы, Дворец изящных искусств ASG напоминает одновременно строительную площадку и научную лабораторию. Оценка смелого замысла — победа проекта в премии форума «РЕБУС» этого года в номинации «Наследие».
Во-вторых, для современной России показательна история возникновения самой идеи Дворца. Наверное, не все знают, что ASG — обладатель одной из самых серьезных частных коллекций, насчитывающей более семи тысяч произведений искусства. Но большая коллекция требует большого пространства, которого у компании не было, поэтому немецкий шкаф, сделанный для Петра I, фарфор с вензелем Наполеона, полотна фламандца Франса Снейдерса, мебель из гарнитура первых американских президентов и многое, многое другое долгие годы хранилось в запасниках.
Вид на фасад дворца. Конек крыши вершает фигура Зиланта. Фото: пресс-служба компании ASG
Так что появление Дворца — логичный этап коллекционирования, когда масштаб собрания, что называется, перерос возможности «личного потребления». «История частного коллекционирования в России, да и в мире в целом, показывает: каждый крупный собиратель неминуемо приходит к убеждению, что необходимо «делиться своим счастьем». И тогда он либо открывает на базе своей коллекции общественный музей, как граф Румянцев, князь Голицын или Петр Петрович Тян-Шанский, либо организует в своем доме нечто вроде открытой галереи, как светлейший князь Александр Меншиков, граф Строганов, барон Штиглиц или Павел Третьяков», — напоминают в ASG. Так что во Дворце будет рассказана не только история искусства, но и история российского меценатства.
Элементы художественной лепнины интерьера дворца. Фото: пресс-служба компании ASG
В-третьих, любопытны экономико-финансовые настроения, с которыми инициаторы проекта подходят к его реализации. «Статус ASG как инвестиционной компании не позволяет ориентироваться на филантропическую деятельность. Мы создаем экономическую модель, делающую ставку на самоокупаемость, однако, учитывая масштаб вложений, выход на полную окупаемость — это долгосрочная перспектива на десятилетия. При этом мы не хотим позиционировать этот объект только как проявление социальной ответственности бизнеса», — рассказывают в ASG.
В компании считают, что масштаб Дворца изящных искусств ASG (который, помимо пяти корпусов, включает еще и дворовую территорию) позволяет рассматривать его как самодостаточный объект, некий «культурный супермаркет». «Начиная с 2013 года мы регулярно говорим о необходимости культурной капитализации региона и использовании в этом контексте материального культурного наследия. В процессе эволюции общества культурный капитал все активнее стал конвертироваться в экономический, ведь более образованные (следовательно, квалифицированные, внешне и внутренне динамичные) и духовно восприимчивые люди — это большая продолжительность жизни, меньший уровень преступности, асоциального поведения, более рациональный выбор жизненных стратегий и так далее», — поясняют свою позицию в ASG.
А вот другая сугубо частная история — возрождение особняка Мясникова на улице Восстания, 45 в Санкт-Петербурге. До революции он являлся центром светской жизни, там выступали Матильда Кшесинская, Федор Шаляпин, Леонид Собинов. В советские годы здание национализировали, и сначала там была Николаевская железнодорожная больница, а потом, вплоть до 2006 года, — КВД.
Ректор Бауманки Михаил Гордин о том, почему профессия инженера так важна
Автор робота Федора Евгений Дудоров о том, как России обогнать Илона Маска
Режиссер Грымов Грымов о театре и кино, о шоу-бизнесе и рекламе
Испытатель бионических протезов Максим Емец о технологиях для жизни
Замминистра экономразвития Татьяна Илюшникова о проблемах малого бизнеса
Экономист Михаил Ханов о самых актуальных проблемах мировой экономики
Но как рождается идея создания именно культурного, а не какого-то иного объекта (ведь пример ASG вряд ли можно назвать характерным, скорее, наоборот, исключительным)? И существуют ли маркеры, позволяющие утверждать: «точек культуры» в городе недостает или, напротив, с перебором, если такое вообще возможно? Продолжим.
